Украине и Туркмении предстоит преодолеть новый Рубикон. Визит в Киев Гурбангулы Бердымухаммедова должен состояться осенью, однако в очередной раз он может быть перенесен. В предыдущие годы причиной неоднократного переноса визита туркменского лидера в Киев были проблемы в украинско-туркменской газовой торговле, инспирированные властями РФ. Ныне, судя по всему, к традиционному нежеланию Ашхабада ввязываться в украинско-российские газовые баталии добавился еще один повод. В процессе поиска Бердымухаммедовым выведенных из Туркмении активов умершего президента Сапармурада Ниязова выявлен «украинский след». Это стало очевидно в марте, когда из Киева внезапно и без надлежащего обнародования официальных причин был отозван посол Туркмении Арслана Непесов. 21 июня туркменский суд приговорил его к тюремному заключению на семь лет. Следующим шагом Ашхабада в борьбе с коррупцией стали репрессии против недавно назначенного нового руководства туркменской государственной компании Gok Gusak («Зеленый пояс»).
Продолжение чисток 2007 года
Нынешние аресты стали продолжением масштабной чистки, начатой Бердымухаммедовым ровно год назад. Ее первыми жертвами были бывший глава Государственного совета безопасности (ГСБ) и экс-глава Службы безопасности президента Ниязова генерал-лейтенанат Акмурад Реджепов, а также его сын, полковник Комитета национальной безопасности и советник-посланник посольства Туркмении в ОАЭ Нурмурат Реджепов. По обвинениям в коррупции они были осуждены на 20 и 13 лет лишения свободы соответственно. Еще один скандал был связан с главой компании Oriental Ltd. (ОАЭ) — мультимиллионером Мурадом Агаевым, который считался «табачным королем» Туркмении. Он получил семь лет. Следующим пострадавшим стал тогдашний глава правления госкомпании Gok Gusak Пайзыгельды Мередов и его сын Батыр, которые через сеть компаний из ОАЭ до смерти Ниязова контролировали весь экспорт туркменского хлопка. Суд над Мередовыми из-за обильности показаний обвиняемых продолжается до сих пор. Состояние «хлопкового короля» оценивалось в $150 млн., Агаева и акционеров Oriental Ltd. — более $200 млн.
Мишени-«престолонаследники»
По мнению зарубежной прессы, главной мишенью продолжающихся и в 2008 году репрессий Ашхабада является проживающий в Австрии российский гражданин Владимир (Мурад) Ниязов — единственный законный сын умершего Туркменбаши, рожденный от его жены Музы Александровны Ниязовой-Мельник. «Баши-младший» будучи уроженцем Петербурга, как и экс-президент РФ Владимир Путин, в 1980-е закончил юрфак Ленинградского государственного университета, продолжил образование в Дипломатической академии МИД РФ.
В постсоветское время имя Владимира Ниязова связывалось с работой туркменско-российско-американского СП TurkmenRosGas (TRG), которое было создано с компанией Itera Energy Plc и контролировало 100% экспорта природного газа из Туркмении. С приходом к власти в Кремле Владимира Путина TRG была вытеснена с «большого» газового рынка офшорными компаниями EuralTransGas Kft и RosUkrEnergo AG, созданными при содействии российского «Газпрома». С той поры отношения между покойным Туркменбаши и сыном охладели, и бизнес-статус Ниязова-младшего заметно потускнел. После продажи долей в ряде кипрских газоторговых компаний, ведавших поставками газа в Украину и связанных с работой TRG, Ниязов возглавил торговую эмиратскую компанию Oriental Ltd. До 2000 года эта компания стала монополистом — импортером табачных изделий в Туркмению. Кроме того, Oriental Ltd смогла развернуть сравнительно крупную сеть казино «Империал» в нескольких странах бывшего СССР. После лишения Oriental Ltd право на ввоз табачных изделий по нулевой пошлине Ниязов-младший уступил контроль над своим бизнесом Мураду Агаеву. Последний, как упоминалось выше, был осужден новыми туркменскими властями в 2007 году.
Сестра Ниязова-младшего, единственная дочь Туркменбаши Ирина Соколова, живет в Лондоне, ее муж — менеджер одного из крупных российских банков. Видимо, высокие риски вывода капиталов через структуры, недружественные нынешней власти, заставили нового президента Туркмении Бердымухаммедова начать репрессии против ближайшего окружения Ниязова. Западная пресса считает истинной целью таких шагов — стремление добиться от бывших верных слуг умершего президента информации о том, на чьи счета уходила прибыль туркменской стороны от экспорта газа в Украину и РФ.
Компании-мишени
За несколько месяцев до своей смерти Ниязов сам узнал, куда газотрейдеры под прикрытием его сына пытались уводить туркменские «газовые доллары». Летом 2006 года Туркменбаши уволил с должности очередного министра нефтегазовой промышленности и набросился с критикой на две коррумпировавшие министра компании — австрийскую частную Pado Oil and Chemical Equipment Trading GmbH и панамскую частую Mitro International Ltd. Первую из этих компаний возглавляют австрийские инвесторы российского происхождения Владлен Бадьян и Леонид Шнайдерман. С конца 1990-х фирма благодаря концессии крупных туркменских месторождений химических солей лидирует на рынке йодобромных материалов бывшего СССР. Конкуренцию «йодной монополии» Pado Oil составляют лишь два нестабильно работающих небольших предприятия — украинское ОАО «Йодобром» (Украина, Крым) и российское «Троицкий йодный завод» (РФ, Ставропольский край).
Кроме экспорта туркменских химических солей, в том числе глауберовых (используются в оборонной промышленности для производства взрывчатых веществ), Pado Oil принадлежит небольшой по российским меркам нефтяной терминал в Астрахани. Он специализируется на перевалке нефти, поставляемой из Туркмении родственной по отношению к Pado Oil панамской компании Mitro. Панамский офшор, в свою очередь, является обладателем одного из двух крупнейших в Туркмении договоров о разделе продукции с госкомпанией «Туркменнефтегаз». Действие СРП распространяется на блок нефтегазоносного шельфа Хазар (Восточный Челекен), который расположен возле морской границы Азербайджана и Туркмении.
После обвинений Ниязова-старшего в адрес Mitro и Pado Oil эти компании официально заявили о стремлении покинуть местный рынок. Оппозиционная туркменская пресса того времени объясняла происходящее дальнейшим охлаждением отношений между сыном и отцом Ниязовыми. Однако вскоре после смерти Туркменбаши австрийская и панамская компании возобновили свою работу. А новые туркменские власти, судя по всему, продолжают свои пока что безуспешные попытки выяснить коррупционную подоплеку появления в Туркмении «табачных», «хлопковых» и «йодных» королей.
Украинский фактор
Газовый, йодный и хлопковый бизнесы окружения бывшего президента Туркмении были тесно связаны с Украиной. Газовые коллизии широко известны. Что касается тонкостей поставок хлопка, тут следует отметить, что экспортные потоки сырья проходят через украинские порты. Прочная позиция туркменских производителей йода предопределяет тесную кооперацию с отечественными ОАО "НПО „Йодобром“ и ОАО „Бром“.
Судя по аресту бывшего посла, официальный Ашхабад готов пойти на многое, чтобы добиться данных о движении активов компаний, представители которых подозреваются в масштабном подкупе туркменских чиновников высокого ранга. При этом, если учесть оказываемое Ниязову-младшему покровительство со стороны российских спецслужб, „антиниязовские“ чистки приобретают отчетливый политический оттенок. Одновременно с репрессиями происходили события, свидетельствующие о стремлении Ашхабада отдалиться от чересчур навязчивого российского „Газпрома“ в сторону Китая и ЕС.
Учитывая такие реалии, трудно удивляться тому, что Президенту Украины Виктору Ющенко вот уже который месяц подряд не удается убедить своего туркменского коллегу Бердымухаммедова посетить Киев. Впервые визит бы анонсирован еще осенью 2007 года, минувшей весной был отложен на лето, а затем, в ходе встречи Ющенко и Бердымухаммедова в Петербурге, был перенесен на конец года. Подобного рода „нестыковки“, особенно на фоне отзыва и ареста дипломатов, говорят о том, как Киеву и Ашхабаду еще далеко до искренности, которая является базой действительно равноправных отношений, свободных от воздействия третьих сторон. Чего стоит, например, обнародование в украинской прессе возможностей назначения на стратегически важный пост посла Украины в Туркмении бывшего главы НАК „Нафтогаз Украины“ Алексея Ивченко, который не смог противостоять экспансии на рынок RosUkrEnergo. Можно ли считать подобного рода слухи „достойным ответом“ на арест Непесова? Давление третьих сторон на украинско-туркменские отношения, конечно, будет присутствовать всегда. Туркменская и украинская практики решения газовых проблем показывают, что Ашхабад способен оказывать сопротивление, а Киев, мягко говоря, — нет. Поэтому для налаживания диалога Украине стоило бы занять более активную позицию в сфере борьбы с коррупцией, которая представляет политическую угрозу для правящих режимов двух стран.
